Законодательства в сфере доступа к архивной информации

Павлов И.Ю.

Сухих Д.Н.

Международное общество «Мемориал»

Фонд Свободы Инфы

(Институт Развития Свободы Инфы)


20 сентября 2011 года

(с переменами от 11 октября 2012 года)


Аналитический обзор практики внедрения

законодательства в сфере доступа к архивной инфы


Действующее в текущее время в Законодательства в сфере доступа к архивной информации Русской Федерации архивное законодательство содержит в себе ряд законов и подзаконных актов, регулирующих разные нюансы доступа к архивной инфы (в том числе вопросы ограничения такового доступа).

Главным законодательным актом в архивной Законодательства в сфере доступа к архивной информации сфере является Федеральный закон «Об архивном деле в Русской Федерации», который устанавливает базы правового регулирования доступа к архивным документам. Кроме данного федерального закона, существует существенное число подзаконных актов, касающихся разных вопросов обеспечения доступа Законодательства в сфере доступа к архивной информации к архивам. Одним из их является Приказ Министерства культуры и массовых коммуникаций Русской Федерации, Министерства внутренних дел Русской Федерации, Федеральной службы безопасности Русской Федерации от 25 июля 2006 г. № 375/584/352 «Об утверждении Положения о Законодательства в сфере доступа к архивной информации порядке доступа к материалам, хранящимся в муниципальных архивах и архивах муниципальных органов Русской Федерации, прекращенных уголовных и административных дел в отношении лиц, подвергшихся политическим репрессиям, также фильтрационно-проверочных дел», который Законодательства в сфере доступа к архивной информации интенсивно применяется в работе сотрудниками архивов, в каких хранятся материалы о репрессированных лицах.

Более принципиальным законом применительно к сфере регулирования доступа к архивным документам является Закон РФ «О гос тайне». Так как значимая часть Законодательства в сфере доступа к архивной информации архивных документов сейчас имеет грифы секретности, то при решении вопросов о предоставлении для ознакомления определенных архивных материалов архивные учреждения руководствуются в том числе требованиями этого закона.


К перечисленным нормативным правовым Законодательства в сфере доступа к архивной информации актам в большинстве случаев приходится обращаться исследователям и юзерам архивов для решения правовых вопросов, возникающих в связи с необходимостью получения доступа к архивным документам и реализации собственного права на свободное получение инфы.

Меж Законодательства в сфере доступа к архивной информации тем складывающаяся практика внедрения этих правовых актов выявила ряд заморочек в истолковании их норм.

В качестве более общих можно обозначить последующие задачи в области внедрения архивного законодательства:

- безосновательное ограничение доступа к архивным документам Законодательства в сфере доступа к архивной информации со ссылкой на муниципальную тайну, основанное на разноплановом истолковании правоприменительными органами неких норм Закона РФ «О гос тайне»;

- безосновательное ограничение доступа к архивным документам со ссылкой на «личную и семейную Законодательства в сфере доступа к архивной информации тайну» при отсутствии законодательных критериев отнесения инфы к обозначенным видам загадок;

- установление на уровне подзаконных актов ограничений на доступ к архивной инфы, не предусмотренных федеральными законами.

В связи с наличием данных заморочек исследователи часто Законодательства в сфере доступа к архивной информации испытывают затруднения в реализации собственного права на доступ к архивным документам.

Дальше в реальном аналитическом обзоре представлен более детализированный анализ обозначенных выше заморочек.


Главные трудности, возникающие в практике внедрения законодательства о доступе Законодательства в сфере доступа к архивной информации к архивной инфы


      1. Одной из главных заморочек, появившихся в практике внедрения архивного законодательства, является неувязка ограничения доступа исследователей к архивным документам, наибольший срок засекречивания которых, установленный Законом РФ «О гос тайне», истек.


В ст Законодательства в сфере доступа к архивной информации. 13 Закона РФ «О гос тайне» предвидено, что срок засекречивания сведений, составляющих муниципальную тайну, не должен превосходить 30 лет. В исключительных случаях этот срок может быть продлен по заключению Междуведомственной комиссии Законодательства в сфере доступа к архивной информации по защите гос потаенны.

По смыслу обозначенной нормы, архивные документы не могут оставаться на секретном хранении подольше наибольшего 30-летнего срока засекречивания, и по истечении обозначенного срока документы должны подлежать рассекречиванию и предоставлению юзерам. Единственным основанием Законодательства в сфере доступа к архивной информации, по которому архивные документы после истечения 30-летнего срока могут оставаться на секретном хранении, является наличие заключения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны о продлении 30-летнего срока засекречивания документов.


Все Законодательства в сфере доступа к архивной информации же, на практике архивы отказывают исследователям в доступе к большенному количеству архивных документов русского периода, наибольший срок засекречивания которых истек, не ссылаясь при всем этом на наличие у их заключения Междуведомственной комиссии по защите Законодательства в сфере доступа к архивной информации гос потаенны.

Так, в 2010 году Центральный архив ФСБ Рф отказал в ублажении запроса Петрова Н.В. о рассекречивании и предоставлении ему для ознакомления нескольких архивных приказов МГБ СССР 1940-х и 1950-х годов со Законодательства в сфере доступа к архивной информации ссылкой на то событие, что проведенной в ФСБ Рф ведомственной экспертизой установлено наличие в запрашиваемых документов сведений, которые составляют муниципальную тайну.

Также в 2010 году Центральный архив Министерства обороны РФ отказал Солонину Законодательства в сфере доступа к архивной информации М.С. и Вдовину Ю.И. в предоставлении доступа к делам Военного суда и военной Прокуратуры Прибалтийского Особенного военного окрестность и Военного Суда и военной Прокуратуры Северо-Западного фронта за Законодательства в сфере доступа к архивной информации 1941 год, указав, что «большинство» документов по обозначенным делам имеют гриф секретности.


Необходимо отметить, что в текущее время возникают случаи воззвания историков в суды за оспариванием схожих отказов в предоставлении архивных документов со ссылкой на Законодательства в сфере доступа к архивной информации муниципальную тайну. При всем этом ознакомление с судебной практикой по данным делам, к огорчению, затруднено в связи с тем, что дела, связанные с гос потаенной, обычно, слушаются в закрытых судебных Законодательства в сфере доступа к архивной информации заседаниях, и решения судов по таким делам не располагаются на официальных веб-сайтах судов.


До того как гласить о сформировавшейся судебной практике по делам об оспаривании отказов в предоставлении архивных документов, доступ Законодательства в сфере доступа к архивной информации исследователей к которым был ограничен со ссылкой на муниципальную тайну, стоит упомянуть о неких процессуальных трудностях, с которыми сталкиваются юзеры при воззвании в суды за оспариванием схожих отказов.

В согласовании со ст Законодательства в сфере доступа к архивной информации. 26 Штатского процессуального кодекса РФ, дела, связанные с гос потаенной, подлежат рассмотрению не в районных судах, а в судах вышестоящего уровня – верховных судах республик в составе Русской Федерации, краевых, областных судах, судах городов федерального значения (дальше Законодательства в сфере доступа к архивной информации – суды областного звена). Это значит, что заявления об оспаривании отказов в предоставлении архивных документов по мотивам наличия в их гос потаенны следует подавать конкретно в обозначенные суды.

Но в Законодательства в сфере доступа к архивной информации текущее время на практике часто встречаются ситуации, когда суды областного звена, не хотя рассматривать подобные дела, возвращают поданные в трибунал заявления, указывая на отсутствие вопросов, связанных с гос потаенной, и предлагают за оспариванием Законодательства в сфере доступа к архивной информации схожих отказов в предоставлении архивных документов обращаться в районный трибунал.

Так, в 2010 году Солонин М.С. и Вдовин Ю.И. обратились в Санкт-Петербургский городской трибунал с заявлением об оспаривании отказа Законодательства в сфере доступа к архивной информации должностного лица Центрального архива Министерства обороны РФ в предоставлении им доступа к архивным документам 1941 года по мотивам нахождения на большинстве из запрашиваемых документов грифов секретности. Санкт-Петербургским городским трибуналом было вынесено определение о возврате Законодательства в сфере доступа к архивной информации данного заявления в связи с неподсудностью дела обозначенному суду1. В собственном определении трибунал сделал вывод, что «оспаривание определенных действий должностного лица не имеет дела к гос тайне Русской Федерации в рамках Федерального закона Законодательства в сфере доступа к архивной информации «О гос тайне РФ», в этой части резоны являются мнимыми и необоснованными». В текущее время данное определение о возврате заявления обжалуется заявителями.

Также в 2009 году Интернациональная общественная организация «Международное историко-просветительское, благотворительное Законодательства в сфере доступа к архивной информации и правозащитное общество «Мемориал» (дальше – организация «Мемориал») обратилась в Столичный городской трибунал с заявлением об оспаривании решения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны об отказе в отмене решения о Законодательства в сфере доступа к архивной информации засекречивании постановления Главной военной прокуратуры о прекращении «Катынского» уголовного дела, также решения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны о засекречивании обозначенного документа, и об обязании Междуведомственной комиссии рассекретить нареченное постановление Главной военной Законодательства в сфере доступа к архивной информации прокуратуры. Столичный городской трибунал вынес определение о возврате поданного заявления в части требований о признании нелегальным решения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны об отказе в отмене решения о засекречивании постановления Главной военной прокуратуры2. Трибунал Законодательства в сфере доступа к архивной информации указал, что данное требование не связано с гос потаенной.

Меж тем организация «Мемориал» обжаловала обозначенное определение суда, в итоге чего оно было отменено Верховным Трибуналом РФ, и заявление было возвращено в Столичный Законодательства в сфере доступа к архивной информации городской трибунал для принятия его к производству3. В собственном определении Верховный Трибунал РФ направил внимание Столичного городского суда на то, что в согласовании со ст. 26 Штатского процессуального кодекса РФ, штатские дела Законодательства в сфере доступа к архивной информации, связанные с гос потаенной, относятся к подсудности суда городка федерального значения.

Тем Верховный Трибунал РФ подтвердил то событие, что практика возврата судами областного звена заявлений об оспаривании отказов в предоставлении архивных документов Законодательства в сфере доступа к архивной информации по мотивам наличия в их сведений, составляющих муниципальную тайну, является безосновательной.

Принципиальные объяснения в плане толкования содержания ст. 26 Штатского процессуального кодекса РФ было дано Столичным городским трибуналом в его определении, вынесенном по одному Законодательства в сфере доступа к архивной информации из дел о доступе к архивной инфы. В рамках обозначенного дела исследователь Н.А. Асташин, занимающийся исследованием действий внутренних войск МВД СССР в процессе ликвидации ими массовых беспорядков на Законодательства в сфере доступа к архивной информации территориях бывших русских республик в 1956-1979 гг., обратился в Лефортовский районный трибунал г. Москвы с заявлением об оспаривании решения экспертной комиссии Головного командования внутренних войск МВД Рф, нарушившей установленный ст. 15 Закона РФ «О гос тайне» трехмесячный Законодательства в сфере доступа к архивной информации срок рассмотрения запроса исследователя о рассекречивании архивных документов. Поводом для воззвания в трибунал послужил ответ ведомства от 30 января 2012 года на запрос Н.А. Асташина от 15 января 2012 года о рассекречивании Законодательства в сфере доступа к архивной информации ряда архивных документов, в каком экспертная комиссия Головного командования указала, что разглядит нареченные в запросе исследователя архивные документы на предмет рассекречивания в плановом порядке в 2013 году (заместо обозначенных в статье 15 Закона РФ «О гос Законодательства в сфере доступа к архивной информации тайне» 3-х месяцев с момента получения запроса).

Сначало Лефортовский районный трибунал г. Москвы своим определением4 вернул Н.А. Асташину поданное им заявление, указав, что на основании ст. 26 Штатского процессуального кодекса РФ дела Законодательства в сфере доступа к архивной информации, связанные с гос потаенной, относятся к подсудности суда городка федерального значения. Но исследователь, не согласившись с обозначенным определением, обратился с личной жалобой в Столичный городской трибунал, который в конечном итоге своим Законодательства в сфере доступа к архивной информации апелляционным определением от 27 июня 2012 года5 отменил определение Лефортовского районного суда г. Москвы. При всем этом Столичный городской трибунал указал в собственном апелляционном определении последующее: «... под делами, связанными с гос потаенной, в ст. 26 ГПК Законодательства в сфере доступа к архивной информации РФ понимаются, во-1-х, подведомственные судам общей юрисдикции дела, при разрешении которых нужно изучить сведения, содержащие муниципальную тайну, во-2-х, дела, конкретно возникающие в связи с отнесением сведений к гос тайне, их Законодательства в сфере доступа к архивной информации засекречиванием либо рассекречиванием и их защитой. Ко 2-ой категории относятся дела об обжаловании заинтересованными лицами решений о засекречивании сведений, не составляющих муниципальную тайну, или о включении их в этих целях в носители сведений Законодательства в сфере доступа к архивной информации, составляющих муниципальную тайну; дела об обжаловании отказа в допуске к гос тайне». В конечном итоге в собственном определении трибунал сделал вывод о том, что из заявления Н.А. Асташина не усматривается Законодательства в сфере доступа к архивной информации, что его дело может быть отнесено к одной из обозначенных выше категорий и что для его разрешения нужно изучить сведения, содержащие муниципальную тайну.

Таким макаром, Столичным городским трибуналом были сформулированы принципиальные аспекты, которыми Законодательства в сфере доступа к архивной информации следует управляться на практике при определении подсудности дел, так либо по другому связанных с вопросами гос потаенны: дело будет подсудно областному суду (верховному суду республики, краевому суду, суду городка федерального значения Законодательства в сфере доступа к архивной информации, суду автономной области и суду автономного окрестность) в этом случае, когда для его разрешения требуется исследование в суде документов, содержащих сведения, отнесенные к гос тайне, в том числе если заявлены требования о признании Законодательства в сфере доступа к архивной информации нелегальным решения о засекречивании сведений и их носителей, об обжаловании отказа в допуске к гос тайне. Представляется, что схожий подход к истолкованию ст. 26 Штатского процессуального кодекса РФ является оправданным, так как сама Законодательства в сфере доступа к архивной информации по для себя необходимость рассмотрения дела в суде более высочайшего уровня по сопоставлению с районным трибуналом может появиться вот тогда, когда требуется обеспечение завышенной защиты оглашаемых в суде сведений, составляющих Законодательства в сфере доступа к архивной информации муниципальную тайну.


Что касается конкретно судебной практики по делам об оспаривании отказов в доступе к архивным документам, засекреченным более 30 годов назад, со ссылкой на муниципальную тайну, то на реальный момент суды признают Законодательства в сфере доступа к архивной информации подобные отказы в доступе к архивным документам легитимными. При всем этом судами приводятся последующие аргументы в пользу признания схожих отказов надлежащими требованиям законодательства.


В качестве 1-го из аргументов суды указывают на то событие, что Законодательства в сфере доступа к архивной информации предусмотренный ст. 13 Закона РФ «О гос тайне» наибольший срок засекречивания документов может применяться только к тем документам, которые были засекречены после введения в действие обозначенного закона (т. е. после 1993 года Законодательства в сфере доступа к архивной информации).


Так, в рамках 2-ух рассмотренных Столичным городским трибуналом дел по заявлению Петрова Н.В. к ФСБ Рф об оспаривании обоснованности отнесения к гос тайне сведений, содержащихся в ряде архивных приказов МГБ СССР Законодательства в сфере доступа к архивной информации 1940-х и 1950-х годов, трибуналом было отказано в ублажении требований заявителя6.

В собственных решениях трибунал указал, что согласно ст. 4 Штатского кодекса РФ акты штатского законодательства не имеют оборотной силы и используются Законодательства в сфере доступа к архивной информации к отношениям, появившимся после введения их в действие. Трибунал отметил, что согласно постановлению Верховного Совета РФ от 21.07.1993 г. № 5486-1 «О порядке введения в действие Закона Русской Федерации «О гос тайне» закон вводится в действие с момента Законодательства в сфере доступа к архивной информации его опубликования, и какие-либо другие указания в этом постановлении либо в законе отсутствуют. Также в абзаце 1 статьи 13 Закона РФ «О гос тайне» закреплено, что под рассекречиванием сведений и их носителей Законодательства в сфере доступа к архивной информации понимается «снятие ранее введенных в предусмотренном реальным Законом порядке» ограничений на распространение сведений, составляющих муниципальную тайну, и на доступ к их носителям», что трибунал расценил как доказательство вывода о том Законодательства в сфере доступа к архивной информации, что Закон РФ «О гос тайне» распространяет свое действие в части срока засекречивания не на любые правоотношения, а лишь на те, которые появились после введения Закона в действие. С учетом изложенного, по воззрению суда Законодательства в сфере доступа к архивной информации, рассекречивание сведений, отнесенных к гос тайне до введения в действие Закона РФ «О гос тайне» (до сентября 1993 г.) является правом, а не обязанностью муниципального органа, наделенного возможностями в области защиты Законодательства в сфере доступа к архивной информации гос потаенны.

Необходимо отметить, что в рамках данных судебных дел представители ФСБ Рф также представили суду ответ Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны от 02.12.2010 г. на запрос ФСБ Рф о продлении сроков засекречивания спорных Законодательства в сфере доступа к архивной информации архивных документов. В обозначенном ответе Междуведомственная комиссия по защите гос потаенны указала, что в согласовании со ст. 14 Закона РФ «О гос тайне» право продления сначало установленных сроков засекречивания носителей сведений, составляющих муниципальную тайну Законодательства в сфере доступа к архивной информации, предоставляется руководителям муниципальных органов, наделенных возможностями по отнесению соответственных сведений к гос тайне, на основании заключения назначенной ими в установленном порядке экспертной комиссии. В связи с этим Междуведомственная комиссия по защите Законодательства в сфере доступа к архивной информации гос потаенны заявила, что ее заключения по вопросу продления представленных ФСБ Рф архивных документов не требуется.

Таким макаром, даже Междуведомственная комиссия по защите гос потаенны, в возможности которой заходит продление наибольшего 30-летнего Законодательства в сфере доступа к архивной информации срока засекречивания документов, держится позиции, согласно которой установленный ст. 13 Закона РФ «О гос тайне» 30-летний срок засекречивания сведений применяется только к документам, засекреченным до введения в действие обозначенного Закона. Тем Междуведомственная Законодательства в сфере доступа к архивной информации комиссия по защите гос потаенны в текущее время уклоняется от вынесения заключений по вопросу о продлении сроков секретного хранения документов, засекреченных до сентября 1993 года. Это позволяет ведомствам, в чьи возможности заходит отнесение тех либо Законодательства в сфере доступа к архивной информации других сведений и документов к гос тайне, без помощи других на основании внутриведомственных экспертиз продлевать сроки засекречивания документов на огромное количество лет.

Схожий подход органов власти и судов к Законодательства в сфере доступа к архивной информации применению наибольшего 30-летнего срока засекречивания документов делает значимые препятствия для исследователей и юзеров архивами в получении для исследования архивных документов, в особенности если учитывать, что огромную часть скрытых архивных документов составляют конкретно Законодательства в сфере доступа к архивной информации материалы, засекреченные ранее 1993 года.


Представляется, что нужно использовать последующий подход к истолкованию ст. 13 Закона РФ «О гос тайне» в соотношении ее со ст. 14 данного Закона.

Абзац 3-ий ст. 13 Закона РФ «О гос тайне Законодательства в сфере доступа к архивной информации», исходя из его буквального толкования, предугадывает наибольший 30-летний срок засекречивания сведений, составляющих муниципальную тайну, независимо от даты засекречивания документов (до либо после введения в действие данного Закона). По смыслу обозначенной нормы 30-летний срок Законодательства в сфере доступа к архивной информации может быть продлен лишь на основании заключения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны.

При всем этом ст. 14 Закона РФ «О гос тайне» устанавливает, что носители сведений, составляющих муниципальную тайну, рассекречиваются не позже сроков Законодательства в сфере доступа к архивной информации, установленных при их засекречивании. До истечения этих сроков носители подлежат рассекречиванию, если изменены положения действующего в данном органе гос власти, на предприятии, в учреждении либо организации списка, на основании которых Законодательства в сфере доступа к архивной информации они были засекречены. В исключительных случаях право продления сначало установленных сроков засекречивания носителей сведений, составляющих муниципальную тайну, предоставляется руководителям муниципальных органов, наделенным возможностями по отнесению соответственных сведений к гос тайне, на основании Законодательства в сфере доступа к архивной информации заключения назначенной ими в установленном порядке экспертной комиссии.

Из системного толкования ст. 13 и ст. 14 Закона РФ «О гос тайне» следует, что на основании заключения сделанной в муниципальном органе экспертной комиссии может быть Законодательства в сфере доступа к архивной информации продление сроков засекречивания документов исключительно в том случае, если начальный срок засекречивания документов составлял наименее 30 лет. При всем этом, продление в рамках данной процедуры срока засекречивания по смыслу абзаца третьего ст Законодательства в сфере доступа к архивной информации. 13 Закона РФ «О гос тайне» должно также происходить в границах 30-летнего срока. Что все-таки касается способности продления срока засекречивания документов за границы установленного наибольшего 30-летнего срока засекречивания, то для этого варианта законом Законодательства в сфере доступа к архивной информации предусмотрена необходимость получения заключения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны.


Таким макаром, предложенный подход к истолкованию ст. 13 и ст. 14 Закона РФ «О гос тайне» позволит избежать ситуации, при которой срок засекречивания документов Законодательства в сфере доступа к архивной информации может нескончаемо продлеваться на основании заключений ведомственных экспертиз без определения предельного срока, при пришествии которого предстоящее засекречивание документов будет может быть исключительно в исключительных случаях по заключению специального органа — Междуведомственной комиссии по защите гос Законодательства в сфере доступа к архивной информации потаенны. Таковой подход позволит соблюсти баланс общественных и личных интересов при решении вопросов о снятии грифов секретности с архивных материалов.


Применительно к вопросу о совокупном истолковании статей 13 и 14 Закона РФ «О гос Законодательства в сфере доступа к архивной информации тайне» стоит также направить внимание на очередной разноплановый резон представителей ФСБ Рф, озвученный ими в судах по заявлениям Петрова Н.В. По воззрению представителей ФСБ Рф, статьи 13 и 14 Закона Законодательства в сфере доступа к архивной информации РФ «О гос тайне» имеют различный предмет регулирования, что следует из их заглавий: статья 13 именуется «Порядок рассекречивания сведений», а статья 14 – «Порядок рассекречивания носителей сведений, составляющих муниципальную тайну». Из изложенного был изготовлен вывод, что обозначенные статьи Законодательства в сфере доступа к архивной информации касаются различных вещей, соответственно основания и предельные сроки рассекречивания сведений, установленные статьей 13 Закона РФ «О гос тайне», не применимы к рассекречиванию самих носителей этих сведений, так как для их статьей 14 Закона РФ Законодательства в сфере доступа к архивной информации «О гос тайне» установлена другая процедура рассекречивания и продления сроков засекречивания, предполагающая необходимость получения только заключений ведомственной экспертизы.

Меж тем, обозначенный резон нельзя признать безбедным в силу последующего. Сведения, составляющие муниципальную Законодательства в сфере доступа к архивной информации тайну, всегда есть на определенном носителе, соответственно сами скрытые сведения и их носители неразрывно связаны вместе. С учетом этого, те основания и сроки рассекречивания, которые установлены для сведений, составляющих муниципальную тайну, применимы Законодательства в сфере доступа к архивной информации и к их носителям. Другое создавало бы абсурдную ситуацию, при которой уже рассекреченные по основаниям, обозначенным в ст. 13 Закона РФ «О гос тайне», сведения существовали бы на нерассекреченных носителях, сроки секретности которых Законодательства в сфере доступа к архивной информации ведомство могло бы продлевать огромное количество раз на основании заключений внутриведомственной экспертизы. Таким макаром, полагаем, что установленный в ст. 13 Закона РФ «О гос тайне» предельный 30-летний срок засекречивания сведений, как и Законодательства в сфере доступа к архивной информации процедура его продления на основании заключения междуведомственной комиссии по защите гос потаенны, должны применяться и к рассекречиванию носителей таких сведений (т.е. продление сроков их секретного хранения более, чем на 30 лет, также Законодательства в сфере доступа к архивной информации должно осуществляться лишь на основании заключения междуведомственной комиссии по защите гос потаенны, а не на основании заключений собственных внутриведомственных экспертиз).


Еще одним аргументом, который был использован судами по делам об оспаривании отказа Законодательства в сфере доступа к архивной информации в предоставлении доступа к архивным документам, срок засекречивания которых истек, служит то событие, что истечение предельного срока засекречивания сведений, составляющих муниципальную тайну, не тянет, по воззрению суда, автоматического рассекречивания данных сведений.


Так Законодательства в сфере доступа к архивной информации, Столичный городской трибунал разглядел дело по заявлению Петрова Н.В. о признании нелегальным решения заместителя начальника Центрального архива ФСБ Рф, которым заявителю было отказано в рассекречивании и предоставлении для ознакомления нескольких архивных приказов Законодательства в сфере доступа к архивной информации МГБ СССР 1940-х и 1950-х годов, и об обязании ФСБ Рф рассекретить и предоставить для ознакомления данные архивные документы7. Свои требования заявитель основывал на положениях ст. 13 Закона РФ «О гос тайне», указывая Законодательства в сфере доступа к архивной информации, что в нарушении требований данной статьи ему было отказано в рассекречивании и предоставлении архивных документов, 30-летний срок засекречивания которых истек, при отсутствии заключения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны о продлении срока Законодательства в сфере доступа к архивной информации. В процессе судебного разбирательства представители ФСБ Рф представили суду заключение проведенной снутри ведомства экспертизы, согласно которой запрашиваемые Петровым Н.В. архивные документы содержат сведения, относящиеся к гос тайне, в связи с чем профессионалами Законодательства в сфере доступа к архивной информации был изготовлен вывод о необходимости продления сроков их секретного хранения.

Трибунал вынес решение об отказе в ублажении требований заявителя. При всем этом трибунал указал, что, невзирая на положения ст. 13 Закона РФ Законодательства в сфере доступа к архивной информации «О гос тайне» о наивысшем 30-летнем сроке засекречивания сведений, «истечение предельного срока засекречивания сведений, составляющих муниципальную тайну, не значит случайное рассекречивание данных сведений». Так как к материалам дела были приобщены Законодательства в сфере доступа к архивной информации заключения ведомственной экспертизы, согласно которым профессионалами было установлено наличие в запрашиваемых документах сведений, составляющих муниципальную тайну, то трибунал, исходя из этого, пришел к выводу о законности и обоснованности решения ФСБ Рф об отказе Законодательства в сфере доступа к архивной информации в рассекречивании и предоставлении архивных документов. При всем этом трибунал сослался на ст. 14 Закона РФ «О гос тайне», которая дает возможность органу власти продлить срок секретного хранения документов на основании заключения Законодательства в сфере доступа к архивной информации назначенной им экспертной комиссии.


Необходимо отметить, что трибуналом в рамках этого дела был признан легитимным отказ в предоставлении заявителю архивных документов даже невзирая на то событие, что заинтересованным лицом (ФСБ Рф) была значимым Законодательства в сфере доступа к архивной информации образом нарушена процедура продления сроков секретного хранения архивных документов. Так, согласно ст. 14 Закона РФ «О гос тайне» продление сроков засекречивания документов осуществляется по решению управляющего соответственного органа власти, которое принимается им на основании заключения Законодательства в сфере доступа к архивной информации ведомственной экспертизы. Но в рамках обозначенного судебного дела ФСБ Рф не представила решение управляющего данного органа о продлении сроков засекречивания документов, что свидетельствует о том, что, на самом деле Законодательства в сфере доступа к архивной информации, продление сроков в установленном порядке не было доведено до конца.

Все же, суды первой и кассационной инстанций при решении вопроса о законности отказа в предоставлении заявителю доступа к архивным документам исходили только из наличия Законодательства в сфере доступа к архивной информации в деле ведомственных заключений экспертных комиссий ФСБ Рф, которые установили факт наличия в документах сведений, составляющих муниципальную тайну. Это, по воззрению судов, является достаточным основанием для отказа в рассекречивании и предоставлении документов Законодательства в сфере доступа к архивной информации для ознакомления юзеру.

С учетом изложенного можно прийти к выводу, что сформировавшийся в судебной практике подход к решению вопроса о законности отказов в предоставлении исследователям доступа к документам, наибольший 30-летний Законодательства в сфере доступа к архивной информации срок засекречивания которых истек, исходит из того, что нарушение органами власти процедуры соответствующего дизайна продления сроков засекречивания (не только лишь отсутствие заключения Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны по продлению 30-летнего срока засекречивания, но отсутствие Законодательства в сфере доступа к архивной информации даже решения управляющего органа власти о продлении сроков засекречивания) не является достаточным основанием для признания нелегальным решения органа власти об отказе в рассекречивании и предоставлении юзеру архивных документов. В этой Законодательства в сфере доступа к архивной информации части практика допускает ограничение доступа исследователей к архивным документам при наличии только заключений экспертных комиссий, назначенных данными органами власти. Схожая практика не может быть признана правильной, так как она делает почву для Законодательства в сфере доступа к архивной информации нарушения органами власти требований законодательства к основаниям и процедуре продления сроков засекречивания архивных документов.


Стоит отметить, что высказанные трибуналом по изложенным выше делам аргументы в пользу законности отказов органов власти в рассекречивании Законодательства в сфере доступа к архивной информации и предоставлении архивных документов, 30-летний срок засекречивания которых истек, находят свое отражение и в неких правовых актах, принимаемых отдельными органами власти. Так, существует «Типовое положение о порядке рассекречивания и продления сроков Законодательства в сфере доступа к архивной информации засекречивания архивных документов», которое утверждено решением Междуведомственной комиссии по защите гос потаенны от 12 марта 2010 года № 178 (дальше — Типовое положение). В п. 5 нареченного Типового положения закреплено, что «истечение срока, на который был продлен срок засекречивания архивного Законодательства в сфере доступа к архивной информации документа, не является основанием для его рассекречивания без проведения в установленном порядке экспертизы на предмет наличия в нем сведений, составляющих муниципальную тайну». Не считая того, согласно п. 15 Типового положения, «срок засекречивания Законодательства в сфере доступа к архивной информации сведений, составляющих муниципальную тайну, не должен превосходить 30 лет (распространяется на ограничения, установленные в порядке, предусмотренном Законом Русской Федерации от 21 июля 1993 г. № 5485-1 «О гос тайне»)». Также в п. 20 Типового положения указывается, что «архивный документ Законодательства в сфере доступа к архивной информации считается рассекреченным только после принятия решения о его рассекречивании и внесения архивом, в каком хранится документ, соответственных конфигураций в учетные данные», при всем этом «грифы секретности погашаются штампом «Рассекречено» на всех Законодательства в сфере доступа к архивной информации экземплярах и копиях рассекреченного архивного документа».

Таким макаром, позиция о неприменимости 30-летнего срока рассекречивания к хоть каким архивным документам имеет довольно обширное распространение не только лишь в судебной практике, да и в Законодательства в сфере доступа к архивной информации правовых актах органов власти.


2. Другой неувязкой, возникающей в связи с применением норм Закона РФ «О гос тайне» в делах о доступе к архивной инфы, является неувязка невыполнения требований Закона РФ «О гос Законодательства в сфере доступа к архивной информации тайне» в части необходимости обоснования наличия вреда безопасности Русской Федерации от распространения сведений, которые были отнесены органом власти к гос тайне.


Закон РФ «О гос тайне» в статье 2 определяет понятие «государственная тайна» как Законодательства в сфере доступа к архивной информации «защищаемые государством сведения в области его военной, внешнеполитической, экономической, разведывательной, контрразведывательной и оперативно розыскной деятельности, распространение которых может нанести вред безопасности Русской Федерации».

Не считая того, как обозначено в ст. 8 Закона Законодательства в сфере доступа к архивной информации РФ «О гос тайне», степень секретности сведений составляющих муниципальную тайну, должна соответствовать степени тяжести вреда, который может быть нанесен безопасности Русской Федерации вследствие распространения обозначенных сведений».

В согласовании со ст. 6 Закона РФ «О Законодательства в сфере доступа к архивной информации гос тайне», отнесение сведений к гос тайне и их засекречивание осуществляется в согласовании с принципами законности, обоснованности и своевременности.

Законность отнесения сведений к гос тайне и их засекречивания заключается в Законодательства в сфере доступа к архивной информации согласовании засекречиваемых сведений положениям статей 5 и 7 реального Закона и законодательству Русской Федерации о гос тайне. В свою очередь, обоснованность отнесения сведений к гос тайне и их засекречивания заключается в установлении методом экспертной Законодательства в сфере доступа к архивной информации оценки необходимости засекречивания определенных сведений, возможных экономических и других последствий этого акта исходя из баланса актуально принципиальных интересов страны, общества и людей.


Таким макаром, из обозначенных норм Закона РФ «О гос тайне» следует, что сведения Законодательства в сфере доступа к архивной информации могут быть отнесены к гос тайне только при условии соблюдения принципа обоснованности, который связан с оценкой способности пришествия экономических и других последствий от распространения сведений и причинения вреда безопасности Русской Федерации. Возможность Законодательства в сфере доступа к архивной информации пришествия вреда для интересов страны является основным признаком, характеризующим сведения как муниципальную тайну (ст. 2, 6 Закона РФ «О гос тайне»).


Все же, в текущее время в правоприменительной практике

zakonodatelnie-akti-kak-istochniki-ekologicheskogo-prava.html
zakonodatelnie-akti-rossijskoj-federacii-v-sfere-informacii-dokumentacii-arhivnogo-dela.html
zakonodatelnie-aspekti-i-novie-tehnologii-pererabotki-neftyanih-othodov-i-rekultivacii-zagryaznennih-zemel.html